Перри Мейсон вошел в контору усталый: целый день он провел в суде. Его секретарша Делла Стрит подтолкнула к нему внушительную кучу писем на столе и сказала:

– Их надо подписать, но домой вы так просто не уйдете: в приемной сидит клиентка, с которой надо встретиться. Я ей объяснила, что если она подождет, то вы ее примете.

– Сколько она ждет? – спросил Мейсон, взяв ручку и начав бегло просматривать письма.

– Больше часа.

– Как ее зовут?

– Нелли Конуэй.

Мейсон подписал первое письмо, Делла Стрит быстренько промокнула, взяла и вложила его в конверт.

– Чего она хочет? – спросил Мейсон.

– Она не желает говорить, обмолвилась только, что у нее срочное дело.

Мейсон нахмурился, подписал второе письмо и вздохнул:

– Уже поздно, Делла, весь день я пробыл в суде и…

– У девушки неприятности, – произнесла Делла Стрит с тихой настойчивостью.

Мейсон подписал третье письмо.

– Как она выглядит?

– Тридцать два или тридцать три, стройная, черные волосы, серые глаза и абсолютно бесстрастное лицо.

– Без выражения?

– Каменное.

– Как ты определила, что у нее неприятности?

– По тому, как она ведет себя. Она буквально излучает внутреннюю напряженность, хотя на лице ничего не отражается.

– И никакого признака нервозности?

– Внешне ничего. Она села в кресло, не двигается, руки и ноги в одном положении, на лице абсолютно никакого выражения, правда, изредка переводит взгляд с предмета на предмет, и это все.

– И так все время? – спросил Мейсон.

– Сидит, как кошка перед мышиной норой. Не замечаешь никакого движения, но чувствуешь внутреннюю напряженность и ожидание чего-то.

– Ты меня заинтриговала, – пробормотал Мейсон.

– Я так и предполагала, – лукаво заметила Делла Стрит.

Мейсон разом подписал все остальные письма, даже не утруждая себя их просмотреть.