– Вся эта история – чушь собачья, – заключил Мейсон.

Она не ответила.

– И вы пошли в полицию?

– Да.

– С кем вы разговаривали?

– Я пошла в полицейское управление и сказала им, что хотела бы рассказать насчет убийства, и они направили меня в комнату, где на двери была табличка «Убийства».

– Ну и что дальше? – полюбопытствовал Мейсон.

– Я рассказала свою историю какому-то полицейскому, а он просто посмеялся надо мной.

– Фамилию его запомнили?

– Голкомб. Если не ошибаюсь, он назвался сержантом.

– Пузырек с лекарством ему показывали?

– Нет.

– Почему?

– До этого не дошло.

– Что же случилось?

– Я рассказала ему слово в слово все, что изложила вам, что мистер Бейн хочет убить свою жену и так далее, пыталась объяснить сержанту Голкомбу почему, но он просто посмеялся надо мной. К тому же он страшно спешил. Он должен был быть в другом месте и, не сдержавшись… ну, в общем, вел себя невежливо и грубо.

– Как именно?

– Он сказал, что я неврастеничка, что мне нужно обратиться к психиатру, а я совершенно нормальный человек и…

– Когда мистер Бейн передал вам лекарство?

– Вчера.

– Говорили ли вы ему, что вручите его жене?

– Я дала ему понять, что, возможно, сделаю это.

– И с тех пор вы носите этот пузырек в своей сумке?

– Да.

– Вынимая его из сумки каждый раз, когда хотели что-то достать из-под него?

– По-видимому, да.

– Другими словами, – заключил Мейсон, – отпечатки пальцев мистера Бейна уже стерлись?

– Не знаю, я об этом как-то не думала.

Мейсон взял пузырек, отвернул пробку, заглянул вовнутрь, затем расстелил на столе лист бумаги и вытряс все четыре таблетки. Они были все одинаковые. Мейсон взял одну, остальные три вложил обратно в пузырек.

– Делла, – обратился он, – пожалуйста, принеси два пустых пакета.